🦅 Падший сокол

Промзона «Восток-17». Та часть Нижний Новгорода, куда дроны-патрульные залетают только по двое.

Заброшенные цеха, покрытые ржавым мхом. Неоновые граффити на стенах: черепа, руны, логотипы мёртвых стартапов. Тут живут те, кого город выплюнул — наёмники без контрактов, хакеры без лицензий, люди без документов.

И Финист.

Его знали в промзоне как Фина. Высокий, жилистый, со шрамом от левого виска до подбородка. Одевался в чёрное. Говорил мало. Командовал бандой из двенадцати человек — мелкие грабежи конвоев, перепродажа ворованных данных.

Но главное, что все замечали — и о чём никто не спрашивал — была конструкция за его спиной. Два стержня из титанового сплава, крепившиеся к позвоночнику через экзоскелетные разъёмы. Между стержнями — лохмотья синтетической мембраны.

Бывшие крылья.

Когда-то это был корпоративный боевой модуль «Жар-Птица» — экспериментальный экзоскелет для воздушного десанта. Финист получил его на второй Корпоративной войне. А когда война кончилась и корпорация обанкротилась, модуль остался. Вросший в позвоночник, неотделимый без смертельного риска.

Крылья больше не летали. Но и снять их было нельзя.

Волх нашёл его случайно. Заблудился в промзоне — навигатор глючил, как всегда, когда он ехал на север. Свернул не туда и оказался на территории Фина.

Двенадцать стволов уставились на курьера.

— Заблудился, — сказал Волх спокойно.

Финист вышел из тени. Посмотрел на курьера — долго, оценивающе. Что-то мелькнуло в его глазах. Узнавание? Нет. Что-то более древнее.

— Ты не отсюда, — сказал Финист. Не вопрос — утверждение.

— А ты? — ответил Волх.

Пауза. Бандиты переглянулись. Никто так не разговаривал с Фином.

Финист подошёл ближе. Его сломанные крылья дёрнулись — непроизвольно, как хвост у кошки.

— Чувствуешь? — спросил он тихо, так что услышал только Волх.

Курьер не спросил «что именно». Он знал. То же, что чувствовал каждую ночь. Тягу. Направление. Север.

— Каждый день, — ответил Волх.

Финист отвернулся. Махнул бандитам — опустить стволы.

— Проезжай. Тут тебе делать нечего.

Волх уехал. Но через три дня вернулся. И через неделю. И ещё.

Каждый раз Финист делал вид, что не рад. И каждый раз — не прогонял.

Баян: В сказках его звали «Финист — Ясный Сокол». Люди думали, что он превращается в птицу. Не превращается. Он всегда был чем-то средним — не человек, не птица. Гибрид. Химера. Существо, которое люди не могли описать и потому придумали красивую сказку про юношу-сокола. Правда проще и грустнее: он никогда не умел быть полностью кем-то одним.